Телефон справочного: +7 (812) 576-53-84
bps3@zdrav.spb.ru

Ru  

История больницы

История больницы началась ещё полтора века назад. Участок «Петербургской удельной фермы», находящейся  севернее бывшего Удельного земледельческого училища, был отведен под строительство Дома презрения душевнобольных, учрежденного наследником, впоследствии императором Александром III. 26 февраля 1870 года цесаревич  Александр Александрович испросил у императора  Александра I «соизволения на устройство особого приюта для неизлечимых помешанных». Была создана комиссия под председательством городского головы Ф. Ф. Трепова. Средства на строительство выделили купцы Громов и Егоров. Наследник  из своих  средств выделил 60-70 тыс. на строительство и 20 тыс. в год на содержание больных. Проект будущего приюта был доверен академику архитектуры  И. В. Штрому.

Открытие памятника Императору Александру III. 26 февраля

Открытие памятника Императору Александру III. 26 февраля

Строительство началось после торжественного молебна 21 июня 1870 года, а 23 октября  1871 года  протоиерей Баженов в присутствии Наследника освятил комплекс деревянных построек Дома призрения на 120-130 человек, спланированный по павильонной системе. Тогда же была освящена церковь  имени Св. Пантелеймона. Главной иконой церкви служила икона Св. Пантелеимона, привезённая из Пантелеимонова монастыря на Афоне. Деревянные с мезонинами корпуса и церковь по желанию Наследника были выполнены «в сельском стиле» и покрыты изящной резьбой. Здания корпусов больницы причисляемы к лучшим образцам северного модерна. Несмотря на многочисленные перестройки и пожары, несколько деревянных строений сохранились до наших дней. Прослужив больше 40 лет складом, церковь Св. Пантелеймона в 1990 году была восстановлена в первозданном виде и сейчас является действующим храмом.

Заведение для душевнобольных находилось в ведении попечительского совета, председателем которого был принц А. П. Ольденбургский. Возглавлял больницу известный психиатр, лейб-медик А.В. Тимофеев. По заведенным правилам главный врач жил при больнице. С 1892 года его по воскресным дням навещал И.П. Павлов, который обязательно присутствовал на врачебном обходе больничных палат. Затем в кабинете у Тимофеева продолжалось обсуждение историй болезни заранее намеченных больных. Именно в те годы и зародился у Павлова интерес к психиатрии, вылившийся затем в многолетние исследования по физиологии высшей нервной деятельности животных и человека. Большинство больных — представители дворян, духовенства и купечества — принимались на платной основе, в среднем призор стоил 500 рублей. Благодаря этому попечители могли обеспечить пациентам содержание «согласно новейшим указаниям психиатрии»: благоустроенные павильоны напоминали домашнюю обстановку.  Первоначально приют был рассчитан на 110 мест, но к концу XIX века их количество увеличилось до 350. На средства от пожертвований родственников больных Дом призрения выстраивает каменные «пансионатные дома»: 1-й появился в 1893 году, следующий — в 1900-м.

Отдельное здание для состоятельного пациента

Некоторые состоятельные пациенты содержались в отдельных зданиях. Так, графы Орловы построили небольшой особняк для своего больного брата. Этот дом полностью сгорел в начале ХХ века, но сохранился более поздний флигель, в котором обитала дочь лейб-медика, лечившего представителей царской семьи. Самые интересные с архитектурной точки зрения здания появляются в 1904 году. В северной части больничной территории, неподалёку от церкви Св. Пантелеймона, вырастают один напротив другого мужской и женский корпуса, предназначенные по большей части для офицеров и фрейлин императорского двора. Архитектор Г. И. Люцедарский оснастил здания в духе новейших достижений инженерной мысли. По трубам амосовских воздушных печей тепло расходилось от миниатюрного вентилятора, мощности коего хватало на весь двухэтажный корпус. Решёток на окнах не было даже в палатах беспокойных пациентов — вместо них использовались корабельные стёкла, способные выдержать выстрел из револьвера. В 1904 году в Санкт-Петербурге было проведено около 100 телефонных номеров, и два из них принадлежали «фрейлинским» корпусам. В настоящее время здесь содержат самых трудноизлечимых больных. В 30 метрах от «фрейлинских» корпусов — ещё два сооружения, к возникновению которых причастен Люцедарский. Бывшая центральная прачечная и бывшая котельная выглядят скромно: стандартный «промышленный» красный кирпич, минимум отделки.

В 1885 году из-за переполнения палат рядом с Домом призрения организовали новую психиатрическую больницу для простого люда на 600 коек, названную Петербургской городской больницей для душевнобольных во имя великомученика и целителя Пантелеймона. Первое время она принимала беспокойных больных из других психиатрических стационаров и только в дальнейшем стала обслуживать городских пациентов. Её первым главным врачом был В. Ф. Чиж. Это заведение полностью содержалось на средства городской казны, поэтому ни комфортных палат, ни архитектурных изысков позволить себе не могло. Первое время пациенты и персонал занимали деревянные бараки, выстроенные ещё в 1832 году для земледельческой школы и позже переоборудованные под инфекционную больницу.

Для сравнения можно сказать, что в 1901 году на излечении в Доме призрения находились 353 человека, 84,2% которых были выходцами из дворян, духовенства, купечества, почетными гражданами, а в том же году в больнице Св. Пантелеймона содержалось 688 больных, из которых 88,9% составляли мещане, крестьяне, разночинцы, ремесленники и рабочие. В старых деревянных бараках Пантелеймоновской больницы пациенты размещались скученно, обслуживающего персонала не хватало, средств на питание и медикаменты выделялось меньше. Электрическое освещение, водопровод и канализация появились много позже, отопление было печным, а рабочий день среднего и младшего персонала длился 12 часов, что не могло не сказываться на состоянии пациентов.

Однако было у этих учреждений и нечто общее. Оба они возглавлялись передовыми психиатрами того времени, которые учили персонал гуманному обращению с больными, придавали большое значение трудотерапии, культурным развлечениям, активно разрабатывали основы организации психиатрической помощи населению, способствовали проведению научных работ. Консультантами в больнице работали такие известные врачи-психиатры, как И. П. Мержеевский и В. М. Бехтерев. С 1893 по 1929 год И. П. Павлов проводил там свои наблюдения, которые обобщил в статье «Психиатрия как пособница физиологии больших полушарий».

В течение 34 лет эти медицинские учреждения существовали по отдельности, но в 1919 году они были объединены в Удельнинскую психиатрическую больницу, уже в августе 1919 года фигурировавшую в документах как 3-я психиатрическая больница, которой в 1931 году было присвоено имя большевика, государственного и партийного деятеля, публициста, экономиста, первого комиссара финансов, редактора «Известий ЦИК», газет «Правда», «Ленинградская правда», редактора русского перевода «Капитала» К. Маркса, теоретика и историка атеизма И. И. Скворцова-Степанова .

Церковь Воскресения Христова при больнице Св. Пантелеймона. 1910г.

В 1929 году церковь Св. Пантелеймона закрыли и перестроили под хозяйственный корпус психиатрической больницы. В 1937 году на территории больницы выстроили двухэтажный корпус и лечебно-трудовые мастерские. В 1967-1969 годах под руководством профессора Ф. И. Случевского были построены ещё три лечебных корпуса по 240 коек, в которых разместились больные из бараков Пантелеймоновской больницы, деревянных коттеджей северной стороны. Было открыто 18 новых отделений. Штатное число коек достигло 1900, но количество больных в 1970-1980-е годы порой превышало 3100.

Врачи больницы первыми в стране использовали новейшие методы обследования и лечения. С 1926 года начала работать клиническая лаборатория, с 1931 года — серологическая, с 1961 года — бактериологическая. С 1953 года в больнице существует электрокардиографический, а с 1958 года — электроэнцефалографический кабинеты. В 1932 году появился рентгеновский кабинет, с 1936 года проводится пневмоэнцефалография. Также были открыты психологический кабинет, ФТО, водолечебница, хирургический и стоматологический блоки, глазной, ЛОР, гинекологический кабинеты. В 1920-е годы в рамках борьбы с наркотизмом и алкоголизмом  в больницу пытались помещать алкоголиков, несмотря на протесты сотрудников больницы, что привело к бунту этой категории пациентов, во время которого пострадал медперсонал. В итоге алкоголистическое отделение было решено закрыть .

Лаборатория СЗПИ

Лаборатория СЗПИ

На базе больницы в советские годы существовали психиатрические кафедры под руководством всемирно известных ученых-психиатров лучших научно-медицинских учреждений:

  1. Ленинградского медицинского института (П. А. Останков 1923-1929 гг., Н. И. Озерецкий 1936-1941гг.);
  2. Педиатрического института (Д. Н. Исаев, Р. Я. Голант 1936-1941гг., С. С. Мнухин 1941-1970 гг.);
    ВМОЛАИК (В. П. Осипов 1939 г.);
  3. ВМА (А. К. Ленц 1942-1948 гг., В. А. Горовой-Шалтан 1948-1950 гг., А. С. Чистович 1950-1957 гг.);
    Санитарно-гигиенического медицинского института (В. К. Федоров 1960-1963 гг., А. С. Чистович 1963-1970 гг., Ф. И. Случевский 1962 — 1969 гг.);
  4. Патофизиологическая лаборатория ИЭФИС (В. Э. Деглин, Н. Н. Трауготт с 1954 г.);
    Кафедра биологической кибернетики СЗЭПИ (А.М. Свядощ с 1969 г.);
  5. Лаборатория моделирования кафедры вычислительной техники СЗЭПИ (А. И. Ставицкий с 1969 г.).

Очередная смена власти не подкосила уже разросшийся больничный комплекс. Несмотря на внешние воздействия, больница продолжает жить. С 1991 года по инициативе руководства больницы возобновились службы в «домовом» храме для пациентов — церкви Святого великомученика Пантелеймона. Осенью 1990 года здание церкви, утратившее кровлю еще в 1950-х годах, с провалившимся полом и обугленными после пожара стенами, вернули верующим, и в течение нескольких последующих лет она была восстановлена. В 1995—1996 годах. были восстановлены утраченные звонница и шатёр, в июне 1996 года был поднят крест. В 2007 году напротив входа в церковь на средства администрации Приморского района установлен утраченный в советское время бюст Александру III.

Не дожила до наших дней благородная мебель, исчезли из холлов бронзовые люстры. В царское время на ремонтные работы выделяли ежегодно по 5 копеек на квадратный метр, сейчас, возможно, столько же. Однако ни плитка при входе, ни деревянная отделка в холле, ни латунные ручки на дверях пока не требуют серьёзного вмешательства. В холлах по-прежнему висят огромные зеркала, и не пострадали овальные зеркальные вставки в коридорах на отделениях. На том же месте, что и в царское время, стоит рояль, на котором играла для своих занедуживших фрейлин императрица Александра Фёдоровна. Всё так же нет на большинстве окон решёток — корабельные стёкла ещё держатся. Дореволюционный архив Дома призрения был утрачен, но даже те сведения о высокопоставленных и известных пациентах, которые сохранились в косвенных свидетельствах и устных преданиях, в больнице не разглашают — врачебная тайна.

Vid-doma-prizreniya-----kopiya-e1449519662541_1